Перемирие и тактика Кремля: почему на Донбассе не прекращен огонь

Обговорити на форумі

В ночь с 14 на 15 февраля президент Петр Порошенко отдал приказ о прекращении огня – на Донбассе было объявлено перемирие, согласованное на переговорах в Минске. Но полного прекращения огня не последовало. Интенсивность обстрелов значительно снизилась, но на линии фронта по-прежнему продолжаются бои.
О том, почему про “перемирие” пока можно писать только в кавычках, и каково главное условие прекращения огня на востоке Украины, “Обозреватель” поговорил с координатором группы “Информационное сопротивление”, народным депутатом Украины Дмитрием Тымчуком, военным экспертом Института евроатлантического сотрудничества Игорем Козием и политологом Виктором Небоженко.
ИГОРЬ КОЗИЙ, военный эксперт Института евроатлантического сотрудничества
-Почему не удалось добиться полного прекращения огня?
-Скорее всего, Кремль сегодня пытается сменить тактику или даже стратегию в отношении Украины в сложившихся условиях. Они пробуют найти тот вариант, который бы позволил им дискредитировать Украину и достичь стратегической цели – уничтожения украинского государства.
-Таким образом, цель остается прежней – уничтожение украинского государства.
-Абсолютно верно. Просто сейчас пытаются найти новый способ для этого. Трудно сказать, какой именно способ рассматривается. Но мы видим, что огонь полностью не прекращен. Есть попытка навязать мысль о том, что Россия ничего не контролирует, что это неподконтрольные формирования. Да, были одиночные неподконтрольные формирования, но все эти группировки давно известны. Тот, кто занял непророссийскую позицию в “ДНР” и “ЛНР”, давным-давно отошли в мир иной или находятся где-то в другом месте. Поэтому заявление о неподконтрольности – от лукавого. В том, что эти формирования подконтрольны Федеральной службе безопасности Российской Федерации, сомнений нет.
На всякий случай Кремль должен показать, что имеется кто-то неконтролируемый. Эти формирования могут быть задействованы, если понадобится разыграть карту вооруженной агрессии и доказать, что украинская сторона нарушила перемирие.
-Что же получается? Поскольку перемирие полностью не соблюдается, никто из тех, кто подписывал минскую декларацию, на самом деле ничего не решает? С формальной точки зрения.
-С формальной точки зрения никто из подписантов, подчеркиваю – никто (напомним, среди них, в частности, были экс-президент Украины Леонид Кучма и главари боевиков – ред.) не решает эти вопросы. Они действуют только в рамках полномочий, которые им предоставлены. Правда, не надо забывать, что посол Российской Федерации Зурабов – официальный представитель РФ, то есть и президента России в том числе. Но вы помните заявления МИДа о том, что посол неправильно понял, посол не то, посол не се…
-Как вы видите перспективы реального прекращения огня по всей линии фронта?
-Я таких перспектив пока не вижу. Я буду рад, если ошибусь. Такая перспектива появится после того, как, наконец, руководитель Российской Федерации будет отстранен от власти демократическим путем народом Российской Федерации.
-Как вы видите развитие ситуации под Дебальцево?
-Одни хотят забрать, другие не хотят отдавать. Значит, будет драка.
-Можете ли вы спрогнозировать, чем закончится эта “драка”?
-Это зависит от ресурсов, которые будут задействованы. Нужна консолидация сил и средств, соответственно, нужно создавать соответствующие условия. Но сегодня больше работы для специальных служб, чем для военных. Перемирие не означает, что борьба остановилась. Борьба продолжается – просто она переходит в другую фазу, когда работают дипломаты и специальные службы.
К сожалению, украинские военные вынуждены быть козлами отпущения. Мы не можем отвечать, мы должны доказать миру, что мы – государство, выполняющее свои обязательства. Но все понимают, что жертвы при таком подходе неизбежны, и за эти жертвы надо кого-то привлекать к ответственности.
ДМИТРИЙ ТЫМЧУК, координатор группы “Информационное сопротивление”, народный депутат Украины от “Народного фронта”
-Почему не состоялось перемирие?
-Было бы странно, если бы оно состоялось. С сентября мы видели так называемый переговорный процесс, было понятно, что “ДНР” и “ЛНР” не несут никакой ответственности за свои подписи и не дают абсолютно никаких гарантий. По той простой причине, что они не самостоятельные игроки, они не принимают решения – они выполняют чужую волю. Для того, чтобы с кем-то разговаривать, вести диалог, тем более составлять какие-то документы, имеющие правовой вес, необходимо, чтобы обе стороны несли какую-то ответственность. Для этого необходимо, чтобы Украина вела диалог с тем, кто инициировал события на Донбассе – с Российской Федерацией. Пока Россия не признает своей ответственности за эти события, разговаривать не с кем. Это абсолютно понятно.
-Но диалог все-таки имел место быть – в Минске прошла встреча “нормандской четверки”.
-Это иллюзия диалога, это не диалог. Это все равно, что вам надо решить какие-то вопросы в собственном доме, и вы разговариваете с дворником, который ничего не решает. Он вам что-то обещает, но на самом деле все решает начальник ЖЭКа.
-То есть, под документом должна была стоять подпись Путина?
-Нет. Его статус должен был быть совершенно другим. Он должен быть не посредником, как они себя выставляют, а представителем противостоящей стороны. Вот тогда переговоры будут иметь смысл, тогда Россия возьмет на себя какие-то обязательства. Россию пугают санкциями, рассказывают о том, что Путин будет отвечать за боевиков, но юридической силы все эти обещания не имеют.
-Посмотрите, сколько сегодня имеется доказательств присутствия российской армии на территории Украины. Как можно заставить Россию признать себя стороной конфликта?
-Первый шаг, как ни странно, должен быть сделан не Украиной, не Путиным, а такой организацией, как ООН. Согласно с международным правом, “Красный крест” имеет право определять вид конфликта – который, кстати, тоже находится под сильным российским воздействием, но тем не менее. “Красный крест” в соответствии с международными положениями в конце июля 2014 года признал, что в Украине идет вооруженный конфликт. Однако, сказав “а”, он не сказал “б”: он не сказал, о каком типе конфликта идет речь – это внутренний конфликт или внешняя агрессия. Когда международные организации, в соответствии с определением ООН об агрессии от 1974 года, признают Россию страной-агрессором, вот от этого и можно будет плясать. Потому что Россия никогда самостоятельно не признает себя стороной конфликта.
-Какие перспективы для реального прекращения огня? Какое условие должно быть соблюдено?
-Главное условие очень простое: силовая операция со стороны Украины. Других вариантов мы не видим. Украина, как минимум, с сентября рассказывает о мире, демонстрирует полную готовность вести мирный диалог, идти на уступки сепаратистам путем децентрализации, проведения местных выборов и прочего, но, тем не менее, мы не видим в ответ никаких аналогичных шагов. Поэтому разочароваться в попытках мирного диалога мы могли, как минимум, пять месяцев назад.
-Можем мы решить проблему военным путем собственными силами?
-При условии, что Россия не будет массово вводить свои войска, как это было в августе – вполне.
ВИКТОР НЕБОЖЕНКО, политолог
-Почему не получилось полного прекращения огня?
-Ответ очень короткий: если проанализировать большие военно-политические конфликты, которые длятся больше года, можно увидеть, что они имеют собственную логику развития, собственный разрушительный потенциал. И чем дольше конфликт, тем тяжелее его урегулировать – существует некая инерция. Но общие тенденции вы уже видите: вслед за взаимными обстрелами и обвинениями, как правило, не происходит интенсификации огня.
-По вашему мнению, где та “кнопка”, которая остановит огонь?
-Это ограничение снабжения сепаратистов боеприпасами. Они уже научились их экономить. Подвозить к месту боев тяжелое вооружение крайне тяжело – это вам не ящик с патронами. Если Москва действительно примет стратегическое решение сделать перемирие и выполнить какие-то свои задачи, то, думаю, в течение недели еще будет продолжаться канонада, а потом постепенно успокоится и появятся переговорщики, посредники. Но так как война продолжается уже год, остановить ее одним телодвижением ни Путин, ни Порошенко уже не могут.
-Вы верите в то, что Путин прекратит поставки вооружения на Донбасс?
-Тяжелого – да, потому что в процесс вмешались США, они готовят помощь Украине вооружениями. Путину нет никакого резона потерять большое количество вооружений уже от американской огневой мощи. Одно дело, когда Украина сражается с оружием 1980 года, другое дело – когда появляется сверхточное, с огромной поражающей возможностью американское оружие. Путину нет смысла терять все свои ракетные установки, “Грады” и прочее.
Я думаю, Путин заинтересован в конфликте, но он не заинтересован в открытом военном поражении.
-Что вы можете сказать по поводу долгосрочных перспектив этого региона?
-Будет продолжаться военно-политическое противостояние Украины и России, Россия в хорошую летнюю погоду попробует еще раз развалить украинский фронт с использованием большого количества авиации. Нас также ждет массовая террористическая активность в Одессе, Днепропетровске и в Киеве. К сожалению, эти обстоятельства будут продолжаться.

Відео про Перемирие и тактика Кремля: почему на Донбассе не прекращен огонь

Напишіть відгук

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *